Воспоминания первого состава гуттаперчевых девочек о начале становления бурятского цирка

Имина Цыдендамбаева (Дю Солей)

- Впервые я открыла дверь цирковой школы - студии в 1996 году, мне было 7 лет. И тогда я даже не понимала, что такое цирк и не имела никакого представления о жанре “Каучук”. Но наш основатель Бурятского цирка Майдари Хайдапович Жапхандаев и наши тренера из Монголии Цэнд Очир Сэлэнгэ Багша, Борхуу Багша и Тумэроо Багша приложили все свои усилия и знания и открыли мир циркового искусства нам и нашим зрителям. Наши первые концерты проходили в Бурятском Драматическом театре. Я помню наш первый выход на сцену с номером “Бурхан”, мы очень нервничали и переживали с девочками, что даже приходилось придерживаться одним пальчиком друг за друга, чтобы не упасть со стола. 

Была невероятная энергетика на сцене, были замечательные номера такие, как “Скакалка”, “Вольтиж”, “Эксцентрики” и они по сей день существуют в Бурятском цирке. Также помню наши весёлые гастроли по районам, между концертами мы все вместе дружно устраивали разные соревнования. Были и падения, и слёзы, и травмы, но мы любили своё дело и несмотря ни на что  упорно продолжали тренировки.

Майдари Хайдапович был уникальным человеком, он всегда поддерживал своих юных артистов, и глубоко верил в нас. Он привез из Монголии самых талантливых тренеров, они помогли Бурятскому Цирку достичь невероятных успехов. Наш тренер Цэнд Очир Сэлэнгэ была очень требовательной к нам, но благодаря ее усилиям и таланту, спустя два года после открытия цирка в 1998 году мы впервые выступили на мировой арене с номером  «Проснувшиеся змеи». И привезли в Бурятию золотую медаль. Это было большое достижение для всех нас, в первую очередь для Майдари Хайдаповича. Ведь столько сил и терпения он вложил в это нелегкое дело. Благодаря ему, наш Цирк до сих пор радует зрителей, и артисты продолжают добиваться невероятных успехов.

Баярма Зодбоева (Дю Солей)

- В 1996 году Майдари Хайдапович Жапхандаев основал цирковую школу- студию при Бурятском театре драмы, на тот момент он был Директором театра.

Набирали в основном учеников из РБНЛИ №1, где проходили официальные кастинги. Помню этот ажиотаж в школе с кастингом. Я попала иным путем, но похожим, я родом из села Зугалай АБАО.

Мой талант в гибкости выявила учительница физкультуры и мы с ней сделали пластический этюд, с которым я выступала на школьных мероприятиях и на районном конкурсе художественной самодеятельности. И, конечно, услышав о том, что открывается цирк в Улан-Удэ, я не могла забыть об этом. Родители отвезли на кастинг, меня взяли и устроили в лицей - интернат. Вот так с сентября 1996 года мы начали занятия в Бурдраме. Мы - каучук занимались отдельно от общей группы цирка, только встречались на выступлениях и репетициях, жили, так сказать, обособленно своим женским коллективом. Тренер наша Сэлэнгэ Багша не давала нам расслабиться. Мы должны были ровно в 3 часа уже разминаться к ее приходу. После уроков бежали в театр на тренировку. Мы были маленькие, помню в зимнее время наш администратор провожала нас после тренировок до интерната, все - таки опасно и темно было. Наше первое представление мы делали уже на Новый год в 1996 году после 3-4 месяцев занятий. Сэлэнгэ Багша подготовила на Сагаалган 1997 года номер «Будда» (я, Имина и Аня). Так начала создаваться наша группа гуттаперчевых девочек. В 1998 году мы поехали на наш первый фестиваль в Санкт - Петербург с номером «Проснувшиеся змеи», где получили золото и далее отправились на гастроли в Венгрию, Польшу и Италию. По приезду оттуда в 1999 году в группу пришла Аягма. И в этом составе мы объехали Россию с гастролями и много разных стран и фестивалей.

Годы становления цирка при Бурдраме были для меня самыми яркими, полными вдохновения, энергии, труда и энтузиазма. Мы не знали, что такое цирк, так как не видели раньше ничего подобного. Развитие цирка в то время было стремительным, с каждым разом номера становились ярче и красочнее. Представления - спектакли вместе с артистами Бурдрама на Сагаалган и Новый год запомнились мне больше всего, так как было здорово ощущать себя частью чего - то большого. В то время мы считали, что театр — это наш дом. Мы знали каждый его уголок, знали всех артистов и швей, работников сцены, операторов и осветителей. Это было волшебное время и театр был частью этого волшебства. Мы видели, как шьются костюмы, делаются декорации, ходили группой на примерки. Далее цирк стал государственным, и наш директор не мог быть директором двух госучреждений, по моему мнению, и мы переехали в училище им. Чайковского. Начался следующий этап становления цирка, но, к сожалению, уже без нашего Майдари Хайдаповича. Цирк остался без своего основателя и всем его очень не хватало.

Анна Чжан (Хабеева) (Госцирк РБ)

 - В 1996 году пришла на первый набор в цирковую школу. Меня не хотели брать, потому что была плотной. Дали испытательный срок на месяц. Прошла его успешно, во многом, благодаря моей маме, которая меня поддерживала в моем выборе. У меня остались самые теплые воспоминания о наших первых днях в цирковой школе. Запомнился один случай, связанный с Майдари Хайдаповичем. Для трюка нужна была шапка. Он обрезал поля своей шляпы и отдал ее в качестве элемента реквизита. По-моему, она до сих пор используется в цирке. В нашем первом составе гуттаперчевых девочек — мы были как сестры. Впервые летели на самолете в Питер, на наш первый цирковой фестиваль. И произвели фурор. Если раньше девочки-каучук гнулись медленно, то наш номер «Проснувшиеся змеи» был ритмичным и быстрым. На конкурсе в Залевски получили серебряную медаль, уже среди профессионалов. В Монте-Карло поехали вчетвером, к нам присоединилась Аягма Цыбенова. Очень волновались и переживали. Там, если зрителям нравился номер, они не только аплодировали, но и топали ногами. Так мы поучили цирковой «Оскар». Когда мои партнерши уехали в Дю Солей, я не смогла по состоянию здоровья. Но, что очень было приятно, меня приглашали в эту знаменитую труппу еще несколько раз. Сейчас работаю тренером, ставлю номера воздушных гимнастов. И все знаковые и известные трюки были сделаны мной с нашими артистами.